Что такое "молитвенный труд"?

В период поста у православного христианина как бы обостряются вопросы духовной жизни. Мы публикуем фрагмент интервью прот. Федора Бородина, посвященный молитве.

– Все чаще приходится слышать, что пост необязателен, если не видишь для себя в нем смысла. Да и молиться можно своими словами. В итоге многие признаются, что и не постятся, и не молятся. А можно ли себя в этом как-то воспитывать?

– Я разделяю для себя молитву-диалог и молитвенный труд. Есть молитва, какой она должна быть, как состоявшийся диалог с Богом. Хотя понятно, что заставить Бога выйти на диалог нельзя. А есть фундаментальное понятие молитвенного труда, то есть приглашение Бога к молитве как диалогу. Господь дарует молитву молящемуся. В ответ на наш труд Он выходит на таинственный и животворящий разговор с человеческим сердцем. А с ленивым не выходит, ведь тот Его не зовет.

Если человек говорит, что молитвенный труд ему не нужен, утренние и вечерние правила – пережиток, а молиться не хочется, потому что «сердце сухо и глухо» – скорее всего, его сердце и не смягчится. Диалог с Богом не состоится, за исключением каких-то очень трагических обстоятельств.

–Что же такое молитвенный труд? 

– Это свидетельство Богу, что душа моя жаждет встречи с Ним в молитве. Совершая труд, я говорю: «Господи, я жажду, как иссохшая земля жаждет дождя. Пожалуйста, приди и поговори со мной. Для меня это ценно, важно, я этого ищу». Но если человек этого не свидетельствует, то как Бог придет? Он же никому не навязывается.

Без молитвенного труда не бывает христианства, как не бывает его и без аскезы. Христианин – человек молящийся, любящий молитву, знающий ее сладость, стремящийся к ней. Это тот, кто вместе с Давидом может сказать: «…Коль сладка гортани моему словеса твоя: паче меда устом моим».

– Дело же не в нежелании читать вообще, а в сложности восприятия всех этих старых текстов.

– Помню, один пожилой прихожанин признался, что после долгих экспериментов по замене устаревших текстов вернулся к чтению правил. «Почему», – спрашиваю. «Все равно лучше, чем Иоанн Дамаскин или Иоанн Златоуст, не скажешь», – ответил он. Только теперь в конце молитвенного правила к известному списку грехов добавлял свои грехи. А в ходатайствах добавлял от себя то, о чем лично просит.

Если вернуться к метафоре рынка, где найти можно самый передовой агрегат и последние научные разработки в супердизайне, то оказывается, ничего лучше старого и верного топора с лопатой не придумано. Ну, не скажу я никогда лучше, чем эти 24 молитвы Иоанна Златоуста.

Утренние и вечерние правила, в которых каждая молитва подписана именем великих святых, в молитвенном опыте которых Церковь уверена – это образец.

Постигая правильное и настоящее духовное устроение, мы научаемся чувствовать, какая молитва правильная, какая нет.

Но однажды обязательно наступает время, когда молитвы «замыливаются», не цепляют разум, сердце. Мы вычитываем правило, а результата не чувствуем. И вот в этот момент, я уверен, вполне может и должно начаться молитвенное творчество.

Мы же понимаем, что задача не в вычитывании, а во встрече с Богом? И если оказывается, что вот это сегодня не работает, то можно взять что-то другое. Можно читать Священное Писание, Псалтирь (это вообще древняя практика), можно Иисусову молитву, а можно просто хвалить Бога. Вообще не важно, как ты будешь делать это. Главное, встань перед Богом и добейся встречи с Ним, чтобы душа твоя снова ожила.

Вопросы прот. Феодору Бородину задавала Дарья Рощеня. Полную версию интервью можно прочитать на сайте ПравМир.Ру.




14.12.2019
Назад